В первые годы двадцатого столетия Роберт Грейниер, человек, чьими инструментами были топор и лом, надолго покидал свой дом. Его работа уводила его вглубь лесов, где он валил вековые сосны, и к насыпям будущих железных дорог, где он укладывал тяжёлые шпалы и возводил опоры мостов. Месяцы сменялись месяцами в этом неустанном труде. На его глазах преображалась земля, а вместе с ней — и вся страна. Но он видел и другую сторону этого прогресса: изнурительную цену, которую платили за него такие же, как он, рабочие и люди, приехавшие издалека в поисках заработка.
